О молдавской нации и «лимба молдовеняскэ» /доктор наук В. Стати/

«Когда начинают румыны все вместе называться румынами?..

Термин „румынпознает прогрессивное распространение в первой половине XIX в.»
Л.Боя, 2005, 2011

Известнейший историк и неутомимый политический аналист А. Цэрану, комментируя политические процессы, заявил, что, в отличие от измученной Республики Молдова (по мнению некоторых очень ученых – со спорными основами), мощная «Румыния имеет нацию». Не впервые А.Цэрану – участник всех телетусовок, особенно на говорливой очень sapientă (многоученой) Политике, на ava.md, еще раньше в своем обвинительном дискурсе 23.06.1990 г. – отрицает существование молдавской нации, молдавского языка, Молдавского Государства.

К сожалению, разглагольствования этого многогранного вченого-политикона (по меньшей мере по упомянутым вопросам) удостоверяют, что он, согласно формуле Ю.Рошки, является одним из «толпы имитаторов, способных лишь повторять готовые слоганы». Печально, что он до сих пор не удосужился ознакомиться с коллегиальным наставлением румынского историка Л. Боя: «Необходимо знать о чем говорим (пишем) и, особенно, не спешить обнародовать свои предрассудки в качестве общих и вечных истин».

Основополагающий этнологический принцип, согласно которому возникновение названия народа (этнонима) и названия его родного языка (глоттонима) знаменуют образование национального самосознания, а следовательно и завершение процесса рождения этнической общности, разделяет подавляющее большинство этнологов, историков, языковедов. Даже некоторые румыны.

«Что означает народ?» – Спрашивает румынский историк Л.Боя в своей книге Romînia ţară de frontieră a Europei (Румыния – приграничная страна Европы). И он же отвечает:

«Народ (o etnie) узнается в определенных символах, исторических, культурных, политических вехах. Прежде всего, он имеет имя! Можем ли мы говорить о народе тогда, когда соответствующее население не имеет сознания принадлежности к какой-либо общности и КОГДА НЕ НАЗЫВАЕТ СЕБЯ ОПРЕДЕЛЕННЫМ ОБРАЗОМ?» – Это пишет и дважды тиражирует, без страха и упрека, самый известный в Европе румынский историк Лучиан Боя.

Рассмотрим в каких «исторических, культурных», географических вехах отражаются названия восточнокарпатского населения и южнокарпатского населения, в которых они могли бы быть «узнаны как народ».

Восточно-днестровское пространство

(внутренние акты, 1384 – 1504 гг. DRH A., 3 тома)

Название страны

Земля Молдавская, Наша Земля Молдавская, Молдовлахийская Земля, Moldau, moldauischen Landes, moldauer Landschaft, Terre Moldaviae, Terre Moldaviensis.

Южнокарпатская зона

(внутренние акты, 1247 – 1500 гг., 1 том)

Название страны

Угровлахийская Земля, Влашская Земля,         

Transalpină; 53 акта выпущены канцелярией анонимного политического образования

Рассмотрим «имена, которые считают своими и признаны зарубежными странами» (Мирон Костин):

Основатели Молдовы

Внутренние акты, 1384 – 1504 гг. 3 тома

Moldoveni (boieri): молдавские бояре, moldauischen Boyaren; Moldauensis, Moldauiensibus, предки молдавские.

 

Внешние акты (1222 – 1456, DRH D. I.)

 Moldavanos (1359), moldavos, moldavanae, молдовене, молдавцы; moldaviensibus, moldaviensis, молдавские (бояре), молдовски (господар), молдавская (рада), земляны молдавские, панове волоские, бояре молдавсцыи, волохи, Гроза Молдован (1391).

Население южнокарпатской зоны

Внутренние акты, 1247 – 1500, 1 том Акты южнокарпатского образования (1247 – 1500, DRH B. I.) не раскрывают этническую принадлежность жителей.

Внешние акты (1222 – 1456, DRH D. I.)

olachi, olacum, валахи, влашки, blachorum,

власи, басараб, basarabitas, basarabicorum.

В устном народном творчестве

Восточнокарпатское пространство

Название страны: Moldova, Moldovioara, Moldovania.

Название жителей с XIII в.: moldovan, pui de moldovan, viteaz moldovan, moldovenii –   rădăcina ţării

Южнокарпатская зона

Народное творчество этой зоны до XIX в. практически оставалось неизвестным

С большим сожалением, с еще большим удивлением констатируем, что оглушительно воспетые «бабские басни» (К.Кантакузино) о некоей таинственной «ţară rumînească», о неких вездесущих и всегдашних «румынах» «не обнаруживаются ни в одной исторической вехе», не отражаются ни в одном  тексте устного народного творчества южнокарпатской зоны, ни в одном акте, выпущенном карпатско-дунайским политическим образованием в период его основания и становления.

Но, возможно, не так уж плачевно положение южнокарпатского населения, может существует еще какая-то, пусть и иллюзорная, надежда превращения его из «населения»/«толпы» в «народ». Со знанием дела Л.Боя заявляет: «Существуют и другие социальные и культурные структуры, которые могут образовать/сообразить (închega) народ», подчеркивая: «основная соединительная субстанция (liant) – это, вообще-то, язык, общий язык…». Прежде всего его название, как один из краеугольных камней национального самосознания. Истина очень древняя, но радует и даже поражает тот факт, что румынский автор осмелился затронуть этот сюжет!

По твердому убеждению румынского академика Ал.Зуба, лингвоним (название языка) – «первый различительный и самый характерный признак народа».

…Действительно, название языка (глоттоним) – это самый ранний, прочно усвоенный фундаментальный признак любой осознанной общности/народа. Но эта общность должна осознавать себя как таковая: «Прежде всего должна иметь свое имя!.. Называть себя определенным образом» (Л.Боя).

Судя по всем грамотам канцелярии этого политического образования, по всем актам, написанным им или писаниях о нем – не знаем как «оно само называлось определенным образом» (Л.Боя). Ни официальные акты из академических сборников Documenta Romaniae Historica B. I. Ţara rumînească (1247 – 1500), ни Documenta Romaniae Historica D. I. Relaţiile între ţările rumîne (1222 – 1456) не раскрывают этот секрет.

В свете аксиомы «язык народа сливается и отождествляется с его национальностью», в отсутствии имени «определенным образом», общем, усвоенном и осознанном, нельзя установить как назывался язык южнокарпатцев.

Вне всяких сомнений население карпатско-дунайской зоны говорило на одном из неолатинских языков. Но не известно, как они его называли.

Таким образом, карпатско-дунайское население, которое за 400 лет (1330 – 1700) так и не разобралось «как назвать свой язык», которое еще «не называло себя определенным образом», не располагает обязательно необходимыми условиями, сформулированными румынским историком Л.Боя, для превращения толпы индивидов в «народ», в нацию.

Совершенно другим было положение молдaван, которые имели усвоенное, подтвержденное ими самими с XIII в., удостоверенное и другими народами этническое свидетельство: молдован, молдовень. Как осознанные молдaване, они, естественным образом, назвали свою родную речь лимба молдовеняскэ, реальность, отмеченная в молдавской народной балладе XV – XVI в. Груя ши фата кадиулуй (Груя и дочь кадия).

Что же касается письменного удостоверения названия языка, и молдaване и южнокарпатцы были в одинаковом положении: до конца XVII в. славянский язык был языком государственной канцелярии, церкви, всякого рода актов. Как только родной разговорный язык молдaван стал инструментом культуры, лимба молдовеняскэ (молдавский язык) не только был подтвержден письменно, но и стал объектом исследования.

Глоттоним  лимба молдовеняскэ

Внутренние свидетельства

XV – XVI вв.: Trei voinici… din gură moldoveneşti; 1572. Первый письменный молдавский акт: Письмо Танасия Кочаги; 1588. Первый молдавский лексикон: Catastiful mănăstirii Galata; 1571 – 1590. Молдаване имеют 7  (семь!) актов, написанных по-молдавски; 1591. Псалтырь in moldauische Sprache gezogen (переведенная на молдавский язык) из библиотеки Петра Хромого в Тироле;       1635. Первое исследование о молдавском языке, написанное на молдавском языкеDespre limba noastră moldovenească Гр.Уреке; 1636. «Евангелие перемянити на язык волоски на поучене волохом верным» из письма митрополита Варлаама царю Михаилу Федоровичу; 1672. Первый многоязычный толковый словарь молдавского языка  Dicţionarul grecesc-slavon-moldovenesc-latin Николая Милеску Спатару;         1677. Второе исследование о молдавском языке Despre limba moldovenească Мирона Костина; 1679. «перетолковахом от грецка и словенска на волосский язык» из письма митрополита Дософтея к патриарху Иоакиму; 1716. Третье исследование о молдавском языке: De lingua moldavorum Д.Кантемира; 1719. Vocabulario  italiano-moldavo Сильвестро Амелио…; 1818. Молдавский язык становится   официальным языком Бессарабии; 1831. Молдавский язык становится официальным языком Молдавского Княжества; 1918. «Молдавский язык, как официальный язык государства, является обязательным учебным предметом во всех школах Молдавской Демократической Республики».

Название языка южнокарпатского населения

Внутренние свидетельства

  1. Письмо Някшу: «прен църа румънъскъ»; 1602. Частное письмо: «румънъскъ»; … 1838. «В Валахии возникает выражение «romînească» (В.Арвинте).
В зарубежных источниках

1591. Lingua moldavorum (Histoire…               J.-A.Thou, Franţa).

1628. Lingua moldavorum (I.Alschtedt. Catalogus recenset linguas…, Germania).

1745. idioma moldavorum (Onufrie,        misionar franciscan).

1787. Moldausche Sprache (Goethe.   Călătorie în Italia). и т.д.

 

В зарубежных источниках

1534. lingua valacca (Francesco della Vale).

1574. langue Walachie (Pierre Lescalopier).

1696. idiomate valahico (V.Franckenstein)…

И другие варианты этой формы у зарубежных авторов, только не «ru(o)mînească» (A.Armbruster, 1993;

Ia.Ghinculov, 1848; Fr.Diez, 1848 и т.д.).

Отметим, что в известных на сегодняшний день источниках (официальные акты, частные письма, сообщения путешественников, миссионеров) не существует даже намека на некий «limba rumînească» или на нечто «rumînesc». «Термин  rumînă/rumînească будет отнесен к языку, параллельно с названием valahă, но позже, к середине XIX в.» (Ал.Дырул, И.Ецко, Н.Раевский, 1985 г.).

(При всех наивных страданиях Мирона Костина и случайных употреблениях Варлаамом и Дософтеем: «ам тэлмэчит румэняште пре лимбэ проастэ», 1686 г.)…, румынский языковед Василе Арвинте выяснил в 1983 г.: «В 1838 г. появляется термин “ромыняскэ”».

В плачевной ситуации – отсутствие любых письменных доказательств румынского языкового сознания до середины XIX в. – декларация румынского историка Л.Боя: «Образование румынского народа» означает, фактически, более точно и адекватно, «образование румынского языка», лишена всяких оснований.

Следовательно, о каком-то «румынском народе» и о каком-то «румынском языке» до середины XIX века не может идти речь, потому что не располагаем никакими доказательствами о существовании до того времени какого-то национального сознания («румынского»), какого-то языкового сознания («румынского»). Румынский историк Л.Боя доказал и неоднократно подчеркивал: «Общий термин «romîn» познает прогрессивное распространение в первой половине XIX в.».

До 1862 г. было бы наивно и смешно разглагольствовать о чем-то «румынском». Как доказал еще в 1912 г. Н.Йорга: «В 1812 г. «Румынии» не существовало!». Эту же истину повторил в 2002 г. Л.Боя. Он же особо подчеркивал: «С этого момента – с 24 января 1862 г. действительно существует «Румыния».

Слава Богу! Молдова существует с 1359 г.!

Сознавая эти исторические реалии, Л.Боя вынужден признать: «Бесспорно, что  «Ţara romînească» (Какая? С каких пор? – В.С.) и Молдова были разными странами… Молдаване до XIX в. не только имели свое государство и свою собственную, отличную от соседей историю, но и не называли себя «ромынь», а МОЛДОВЕНЬ».

Василий Стати

См. по теме:
Что Гёте писал о молдавском языке, или почему “молдавский” древнее “румынского”

 

Related Articles